Остров Потерянных  - Мелисса де ла Круз

Мэл решила, что так удачно украденная Джеем пробирка – это хороший знак. Может быть, найти волшебный посох Малефисенты Мэл предначертано самой судьбой?

– Компас с тобой? – спросила она у Карлоса.

Карлос кивнул. Словно в подтверждение пискнул и сам приборчик.

Если верить карте, они должны были пройти через свою деревню, прямиком направиться к берегу, и там уже найти тропу, которая приведет их к Запретной крепости.

И они двинулись в путь – Карлос с Джеем впереди, за ними Иви. Мэл шла позади всех, смотрела им в спины и размышляла на ходу.

Она знала, что Джей непременно постарается при первой же возможности украсть Глаз Дракона для себя, что Иви пошла с ними только для того, чтобы поладить с Мэл и завоевать ее благосклонность, а Карлос отправился в эту экспедицию исключительно из любопытства. Научного.

Только все это не важно. Так или иначе, у них есть общая цель – найти Глаз Дракона. Еще важнее то, что она отправилась в Нигде не одна.

Она собрала свою шайку.

У нее появились свои собственные подданные.

И пусть кто-то попробует сказать, что это не успех.

Злодейский план – ее великий, мерзкий злодейский план – работал.

Тянувшаяся к берегу тропа за деревней вначале была гладкой, но вскоре сделалась каменистой, неудобной. Мэл все чаще начала спотыкаться. Ноги у нее горели, но она упрямо шагала вперед и теперь возглавляла группу, то и дело сверяясь с картой. За своей спиной Мэл слышала легкие шаги Иви, тяжелую поступь Джея и робкие шажки Карлоса.

– Хей-хо, хей-хо, на работу вышел гном, – начал негромко напевать Карлос.

– Пожалуйста, не надо, – передернулась Иви.

– А что ты имеешь против гно… Ах да, прости, – сказал он.

– Ничего, – ответила Иви и, помолчав немного, спросила: – А это, значит, была твоя мать?

– Угу. Единственная и неповторимая в своем роде Круэлла Де Виль, – ответил Карлос, ловко огибая ядовитый плющ и указывая рукой остальным, чтобы держались от него подальше. – Ей давно пора купить билет в один конец до психушки, правда?

– Да она, в принципе, не такая плохая, – сказала Иви, пригибаясь, чтобы не удариться головой о низко торчащую ветку страшноватого, покрытого какими-то болезненными наростами дуба. – По крайней мере, она не вытворяет того, что моя мать, когда прикидывается волшебным зеркальцем и от его имени твердит мне, что я вовсе не прекрасней всех на свете. И пилит, пилит…

Карлос остановился, и они с Джеем потрясенно на нее уставились. И даже Мэл обернулась, чтобы посмотреть.

– В самом деле? Но ты же классно смотришься, – сказал Джей. – То есть я хотел сказать, что ты, конечно, красотка не в моем вкусе, но выглядишь в полном порядке, так и знай.

– Ты правда так считаешь? – робко спросила Иви.

– Не, твоя мамаша права, ты просто уродина, – поддразнил ее Джей.

– Это отстой, что она так с тобой поступает, – тихо заметил Карлос.

– Да наплевать, мне по-любому не нравится, когда обо мне заботятся, – сказала Иви, стараясь казаться беззаботной.

– Ты точно так считаешь? – спросил Карлос.

– Я считаю, что твоя мать похожа на мою, верно? – сказала Иви. Они были детьми самых крутых злодеек на свете. Так чего, собственно, они могли ожидать от своих мамаш – любви, радости, сочувствия, понимания?

– Думаю, что да.

– А твой отец, Джей? Разве он не заботится только о своей лавке?

Джей ненадолго задумался.

– Ну да, конечно. А о чем ему еще заботиться? – честно спросил он.

Мэл прислушивалась к их разговору, и ее впервые успокаивало присутствие рядом с ней других людей. Раньше она никогда не любила находиться в компании, да и Малефисента всю жизнь настаивала на том, что они должны жить отдельно от толпы – стоять выше всех, отдельно от всех и думать только о мести.

«Одинока, – подумала Мэл. – Я всю жизнь была одинока. И они тоже».

Иви с ее помешанной на красоте матерью. Карлос со своей визжащей гарпией-родительницей. Джей, удачливый вор с острым умом и обворожительной улыбкой, который способен украсть все на свете, за исключением одного – сердца своего отца.

Они приближались к серому туману, окружавшему край берега. Вскоре им придется войти в туман и оказаться в Нигде. «Интересно, не станем ли мы сами Никем, когда войдем в Нигде?» – подумала Мэл, хрустя костяшками пальцев. У нее начинали болеть колени.

Какое-то время они устало брели в молчании, затем тишину разорвал резкий свист. Это был Джей, ушедший вперед, на разведку. Иви сделала шаг и громко хрустнула подвернувшейся ей под ногу сухой веточкой. Услышав хруст, Карлос испуганно вскинул голову.

Мэл свистнула в ответ.

Появился Джей, подошел к ним.

– В чем дело? – шепотом спросила его Мэл.

– Я что-то видел. Там, в тени. Прячьтесь! – жарко прошептал он, исчезая за большим камнем.

Карлос нервно сглотнул и попытался забраться на дерево, обдирая о жесткую кору коленки. Иви негромко взвизгнула и нырнула за придорожные кусты ежевики.

А Мэл осталась как вкопанная стоять на месте. Почему?

Ну, вначале потому, что ей была противна сама мысль о том, что дочь великой Малефисенты может прятаться. Когда же тень начала стремительно расти и приближаться, а Мэл стала сомневаться в том, что приняла единственно правильное решение, бежать было уже поздно.

Тень оказалась с двумя большими рогами на голове и длинным шипастым хвостом. Может, дракон? Но в этих краях единственным драконом была ее мать, да и она утратила способность превращаться в дракона, когда прикрывший остров купол отрезал его от поля магической энергии.

А затем послышался стон – ужасный, душераздирающий стон, от которого у всех четверых пробежал холодок по спине.

Наверное, это все же не дракон, а скорее цербер – жуткий пес, охраняющий врата ада. По идее, существо мифическое, однако состоящее из клыков и когтей, крови и шерсти.